МКУ "Лужский ИМЦ" — Десять советов молодому учителю
Главная / Без рубрики / Десять советов молодому учителю

Десять советов молодому учителю

Да здравствует молодой учитель!

Неправильно, когда на молодого учителя смотрят только перспективно. Конечно, со временем он станет более умелым, самостоятельным, приобретет навыки, приемы, достигнет мастерства. Но в то же время он может утратить ту непосредственность и очарование молодости, черты, свойственные только молодому учителю, которые подчас приближают к нему ребят сильнее, чем мудрость пожилого мастера. Походы, спектакли, вечера, бесконечные разговоры, доверительность — молодости это доступнее, легче и интереснее. Моим первым ученикам, наверное, было интереснее со мной, чем нынешним. С первыми я больше возился. Нет, в школе обязательно должны быть молодые учителя. Без них жизнь скучная, неинтересная, пресная.

Итак, да здравствует молодой учитель! У нас полшколы — молодые учителя. Они вовсю проявляют себя на капустниках, школьных вечерах, соревнованиях типа КВН, а еще тогда, когда выпускают стенные газеты. Именно они имеют наиболее тесный и естественный контакт со старшеклассниками. Контакты бывают разного рода. Есть контакт и в классе. Тут, конечно, больше ошибок — теоретических, методических и психологических. Молодые учителя импульсивны, в манере их поведения много общего с тем, как ведут себя старшеклассники. Это их роднит и сближает, и дает им право (или они его присваивают себе сами) судить как бы со стороны. У них есть преимущество людей, не совершивших ошибок, хотя бы потому, что они еще вообще не действовали. Тут молодые учителя и старшеклассники почти на равных, они, как это теперь называют, консолидируются и представляют собой довольно устойчивую школьную социальную силу. Их оценки школьных событий и проблем во многом совпадают, они понимают друг друга без лишних слов. Именно через молодых учителей, их участие, их поддержку легче выйти на старшеклассников и привлечь их к делу. А молодежь как раз и должна быть активным участником любого школьного дела, а то и застрельщиком.

Но, скажу откровенно, есть черты, которые меня очень волнуют. Я заметил: нынче многим молодым учителям свойственно какое-то философствование, какая-то ложная умудренность: было, все было… Как будто было с ними. Отсюда — пассивность, инертность. Но у нас — дети! И что бы ни творилось в мире, какие бы истины не перевешивали, есть и непреложное: Родина, ее история и будущее, совесть, честь, порядочность. Конечно, походы, КВНы — это хорошо. Однако, когда я говорю об инициативности, я имею в виду прежде всего не развлекательство. Активность — это не «два притопа, три прихлопа». Это общественная мысль, забота, это перспективная идея и ее воплощение, это конструктивность. Все это — свойство молодости. Вот почему надо, чтобы школьный коллектив хотя бы наполовину состоял из молодых учителей, похожих одновременно на учеников и на маститых преподавателей. Именно молодых, нынешних, а не тех, которые из них потом вырастут. Те будут уже другие, у них будет другое отношение к жизни и другие возможности.

Может быть, чтобы стать потом педагогической основой школы, тебе сейчас надо не упустить того, что может подарить человеку только молодость. Очень желаю тебе этого и потому, не становясь в позу всезнающего, всепонимающего и всеумеющего сверхспециалиста, этакого педагогического супермена (таковым я себя не считаю), хочу дать тебе несколько советов. Годы и опыт не дают гарантии от ошибок и неверных суждений. И если я беру на себя смелость советовать, то делаю это просто так, без всяких притязаний. Просто по-дружески.

Советы молодым учителям

Совет первый. Не считай школу местом, не совсем достойным применения твоих выдающихся способностей, местом, куда тебя как бы сослали. Школа не нуждается в твоем снисхождении. Да, она тебя ждет, и, можно сказать, с распростертыми объятиями, она хочет, чтобы ты у нее был, но у нее есть достоинство. И это достоинство — дети. Поэтому не надо смотреть на школу свысока, не надо делать ей одолжение.

Так что сразу ориентируйся на школу и именно с ней связывай свои честолюбивые мечты. Тем более что хороший учитель лучше посредственного поэта или актера. Впрочем, наверное, не следует сравнивать профессии. Дело ведь не в том, какая профессия, а в том, насколько она тебе подходит. А вот в этом следует разобраться. Но нельзя разобраться на бегу. Надо поработать с полной отдачей, надо выложиться. И для этого надо считать школу своим делом, а не чужим, куда ты попал случайно. Разобраться — это значит понять, по душе ли тебе труд учителя. Действительно, если труд — твой, если ты его любишь, то он и в процессе, и в результате приносит тебе удовлетворение. Вот ты и постарайся понять, твой это труд или дядин. Но не торопись с выводами.

Сначала вникни в мой второй совет. Найди себя, свой образ. Учитель индивидуален, иначе не может быть и речи о творчестве. Это не исключает подражания, особенно на первых порах. Наоборот, приглядывайся к мастерам. Бери на вооружение то, что тебе кажется твоим, что тебе соответствует. Не надо понимать творчество как изобретение пороха. Педагогика существует столько, сколько существует мир. Приемы и находки не умирают с мастером, они передаются его ученикам и последователям. Но каждый настоящий учитель, даже перенимая, остается собой. Как же распознать, что в тебе твое, а что — чужое? Лучше тебя самого этого никто не знает. Конечно, надо прислушиваться к мнениям, в том числе и критическим. Но если у тебя не будет внутреннего чувства истины, ты будешь не учитель, а «чего изволите?». Это другая крайность, в противовес самомнению.

И потом, кто сказал, что учитель создает свой образ раз и навсегда? Маяковский писал о художнике Келине: «Лучший учитель. Твердый. Меняющийся». Образ — не схема, а живое лицо. Оно может быть веселым и грустным, счастливым и несчастным, спокойным и взволнованным, гневным, смятенным, возбужденным… В любом случае оно должно быть твоим и оно должно быть живым, а не маской.

Совет третий. Не замыкайся в своем учительстве. Если учитель — только учитель, это скучно. Играй на гитаре, пой, пиши стихи, играй в волейбол, ходи в горы, собирай марки, бывай в театре и на выставках. Расширяй круг друзей и знакомых. Общайся с самыми разнообразными людьми. Люби жизнь в разных ее проявлениях. Ты должен быть интересен детям, но это не получится, если ты сосредоточишься только на самом себе. Помимо обязательной программы у тебя, как у мастера-фигуриста, должна быть великолепная произвольная программа.

Будучи молодым учителем, я, например, увлекался туризмом. В студенческие годы я был активным участником институтских походов, писал туристские песни. Увлечение туризмом тогда охватило почти все факультеты, мы сплотились в дружную и довольно большую семью. Я подружился с Юрой Визбором, Адой Якушевой, Борисом Вахнюком и другими. Участвовал в шлюпочном походе Москва — Куйбышев, ездил на Кавказ в альпинистский лагерь, ходил в большой лыжный поход по Великолукской и Псковской областям, последнее студенческое лето как инструктор туристского лагеря исходил почти все Подмосковье.

В школу я пришел с огромным энтузиазмом, запасом навыков, опыта, песен и большого желания научить туризму своих учеников.

Во-первых, будучи классным руководителем, я, можно сказать, сразу завоевал свой класс именно тем, что почти каждое воскресенье отправлялся с ребятами в поход. Во-вторых, среди учительской молодежи у меня нашлись сторонники и сподвижники. Мы стали проводить общешкольные слеты, где обязательными атрибутами были костры, песни, туристские эстафеты. В-третьих, каникулы у нас стали временем многодневных походов. В-четвертых, благодаря повальному увлечению туризмом, в школе стало намного интереснее, чем раньше, образовался устойчивый нравственный микроклимат, стиль взаимоотношений товарищеских, открытых, веселых. Пожилым учителям поднять такое дело было бы не под силу.

Позднее, когда мы создавали в нашей школе музей-клуб В.В. Маяковского, молодые учителя тоже были наиболее активной силой, без их поддержки, инициативы и просто участия в деле вряд ли бы что-нибудь получилось. Они ездили в литературные экспедиции, ставили с ребятами сцены из пьес Маяковского, руководили выпуском школьного альманаха, проводили конкурсы юных чтецов и художников, оборудовали экспозицию, готовили экскурсоводов, участвовали в литературных встречах, вечерах, диспутах.

И опять же надо помнить, что все проявления личности индивидуальны. Не нужно искусственно культивировать в себе качества, которые тебе не свойственны. Универсальность не обязательна. Не надо писать стихов, если у тебя нет способностей. Не надо играть на гитаре, если тебе это не нравится. Не надо собирать марки, если к этому у тебя не лежит душа. Но тогда должно быть что-нибудь другое, тебе свойственное. А самое главное — и тут уже особые способности не нужны — тебя должны интересовать люди. Ты можешь быть другом, знакомым, собеседником, корреспондентом, просто слушателем. Но не исключай это общение из своей жизни. Иначе засохнешь, как сломанная ветвь.

Увлеченность, многосторонний интерес нужны учителю не просто так сами по себе, а в связи с особенностью его профессии. Не зря про учителя говорят, что он и швец, и жнец, и на дуде игрец. Про иного учителя говорят: он эрудит, или он хороший методист, или он энтузиаст внеклассной работы. Это комплимент только в том случае, если все другие стороны деятельности у учителя тоже хороши.

Поэтому мой четвертый совет: помни о комплексном характере учительского труда. Все имеет значение, все нужно: и эрудиция, и методика, и внеклассная работа, и психология общения, и любовь к детям, и дисциплина. Не нужно это разделять, это все взаимосвязано. И если мы говорим об этом отдельно, то это чисто условно. Заметь: любой рассказ о школе, эпизод, даже анекдот заключает в себе комплекс учительских качеств. Иначе получается нелепо, смешно или даже, хуже того, непрофессионально.

Ты можешь возразить, что тебе известны учителя, которые хорошо знают свой предмет, но не владеют методикой, или такие, которые только дают уроки, а после звонка их как корова языком слизала, или такие, у которых дети стоят на головах, а они орут на них и оскорбляют. Да, я тоже таких знаю. И советую тебе помнить, чтобы ты таким не был, что они несчастны, так же как и их ученики.

Я бы с радостью сформулировал свой пятый совет так: будь счастливым. Правда, это больше похоже на пожелание, чем на совет. Тогда я скажу так: будь оптимистом! Верь! Ужасно, когда учитель не видит ничего хорошего ни в настоящем, ни в будущем. Ходит и ноет, как учителя из чеховских пьес. Строй планы, пусть иногда несбыточные, но конструктивные.

Я отнюдь не хочу выглядеть в твоих глазах этаким бодрячком. В жизни каждому бывает тяжело и горько, у каждого случается несчастье и горе. И у меня иногда просто опускаются руки. И утром, бывает, не хочется вставать и идти в школу. И даже дети порой так надоедают… Но надо преодолевать. Жизнь — это преодоление трудных и даже критических ситуаций. И у тебя это будет. Собери свою волю. Не опускай крылышки. Не будь лапшой. Борись. Сопротивляйся. Верь и добивайся своего.

Да, мы иногда идем на разного рода компромиссы, и это не противоречит тому, что я только что сказал. Это апелляция к разуму. Бескомпромиссность — это упрямство и неумение мыслить перспективно. Но цель все равно должна быть. И не только цель урока, и не столько цель урока, сколько цель всего твоего учительства.

Дети не должны видеть в тебе неудачника. Неудачников не любят. Даже если что-то не будет получаться, всеми силами разрушай возможное впечатление, что у тебя не получается вообще. Хотя, впрочем, недотепа — это тоже образ, и иногда довольно симпатичный, пусть даже смешной. И, конечно, образ чисто внешний. Внутри у тебя, дорогой мой, должно быть все четко и уверенно.

Шестой совет может показаться банальным: будь честным и правдивым. «Подумаешь, — скажешь ты, — я сам это ученикам каждый день говорю». И напрасно. Каждый день это говорить не надо. Сказал один раз, и хватит. Но так, чтобы ребята тебе поверили. Дети очень высоко ценят честность. «Так нечестно» — это крайне отрицательная оценка. Хотя сплошь и рядом они хитрецы и лгунишки. Скажу откровенно: я тоже иногда вру. Не обманываю принципиально, а так… привираю для красы.

Совет седьмой тоже не нов: цени юмор в общении с учениками. Если ты сам, как говорится, не блещешь остроумием, цени юмор в других. Не бойся смешного, не бойся быть смешным сам: бывают совсем невинные и безобидные смешные ситуации. Другое дело, если над тобой смеются постоянно, если ты вообще смешон — это все!..

Детский юмор, скажем откровенно, не так уж глубок и тонок. Чаще всего смеются над оговорками. Или ты называешь какую-нибудь фамилию, а они смеются, потому что в классе есть однофамилец.

Не надо смотреть на юмор, как на прием. Не надо искусственно изощряться в остроумии. Все, в том числе и юмор, должно быть естественно и уместно. Смешных ситуаций и так хоть отбавляй. Некоторые учителя сердятся, когда дети смеются. Даже выгоняют их из класса. И зря. Любой ситуацией на уроке, в том числе и смешной, учитель должен владеть. И если учитель сказал: «Посмеялись, и хватит», класс должен подчиниться. Если этого нет, они будут гоготать весь урок. Надо помнить и то, что смех может больно ранить. Он, как говорил Маяковский, — грозное оружие. Поэтому надо знать край, быть осторожным и тактичным. Класс смеется, и учитель смеется, но, даже смеясь, учитель не должен расслабляться: он на работе.

Не надо быть мнительным. Я знал учительницу, она не была лишена юмора. Но когда дети смеялись, ей казалось, что дети смеются над ней. И она злилась и кричала, и урок шел кувырком. У нее был комплекс неполноценности, но об этом никто не знал, так как щитом были самоуверенность и чванство.

Совет восьмой: будь естественным, не притворяйся, не старайся казаться умнее и лучше, чем ты есть. Бесполезно: дети тебя все равно раскусят.

Часто учителя сравнивают с актером, и в этом есть свой резон. Но уж если ты играешь роль, пусть она будет твоей. Играй себя. И не переигрывай! Вспомни: настоящий актер вживается в роль, стремится постичь внутренний мир своего героя, чтобы играть как можно естественнее. Тебе же не надо перевоплощаться.

Сходство между учителем и актером заключается, может быть, в том, что и тот и другой выходят на аудиторию, на публику. Если между актерами и зрительным залом не устанавливается незримый контакт, спектакль рушится. Так и в классе. Некоторые кричат и стучат кулаком по столу, а ребятам не страшно. Другие говорят тихо и смотрят в сторону, но какое-то колдовство завораживает детей, и они не сводят с учителя глаз. Это феномен учительского гипноза, такого, впрочем, хрупкого, но сладостного. В эти минуты учитель счастлив.

Больше всего я не люблю, когда учитель на уроке не говорит, а декламирует или выступает. Он — как будто уже и не он, а кто-то другой, по его понятиям, лучше того, каким он является на самом деле, а на самом деле — хуже, потому что искусственнее. Он притворяется, и это всем понятно.

Самое главное в том, что такой учитель как бы приручает детей к этой ложной патетике, и некоторые доверчивые дети думают, что так и должно быть. Формируется безвкусица. Находятся ученики, которые через какое-то время сами становятся учителями, причем такими же. Вот какие основы мы закладываем, и как прочно.

Между тем романтики, увлеченные учителя, не обязательно говорят с пафосом. Душевные крылья, которые их возносят над повседневностью, порой никому не видны, и внешне человек выглядит совершенно обыкновенным. Но в этих людях есть что-то детское, они и ведут себя иногда почти как дети.

Совет девятый проистекает из восьмого: не воображай о себе больше того, что ты есть на самом деле. Знай себе цену и будь скромным, не теряя достоинства. Не надо казаться, надо быть.

Не бойся честолюбия и не слушай ханжей и бездарных завистников. Но честолюбие должно быть внутри, демонстрировать его неприлично. Честолюбие, все-таки, играет вспомогательную роль как стимулятор дела. Главное — дело. Возводить же честолюбие в принцип и подчинять ему все просто недопустимо и безнравственно.

Это — твое кредо, запомни! Ты же всегда на виду, тем более у детей, которые все видят и все замечают. От их внимательного взгляда не ускользает ничего! И ты не думай, что мнением детей, их отношением можно пренебречь. Они-то и есть твои главные ценители и судьи, они, а не начальство, и даже не твои коллеги и друзья.

Если не тщеславие, то что же должно быть в основе твоей жизни и работы? Твоя гражданская позиция.

И мой последний, десятый совет: обрети ее. Я говорю «обрети», но, может быть, она у тебя уже есть, эта позиция. Может быть… Но она формируется, стабилизируется и кристаллизуется в деле. Рассуждать о политике, о патриотизме, об интернационализме все мастера. Но не пополняй и так многочисленные ряды «пикейных жилетов». Помни, что у тебя есть дети, и эта позиция нужна им.

Гражданская позиция, прежде всего, — нравственная. Запомни: какие бы прекрасные учебники мы ни издавали, какие бы замечательные программы ни составляли, истинный проводник гражданской идеи — ты. И от тебя зависит, дойдет ли эта идея до ума и сердца ученика в целости и чистоте или будет так хитроумно перевернута и извращена, что результат окажется прямо противоположным.

И, наконец, самое последнее: не воспринимай эти советы как некое подобие скрижалей или безапелляционного провозглашения непреложных истин. Я не оракул. Абсолютных правил, годных на все случаи жизни, не знаю. Думай сам!

Заслуженный учитель России, академик Академии творческой педагогики Семен Рувимович Богуславский